Обычный режим · Для слабовидящих
(3522) 23-28-42


Версия для печати

Будь в курсе

Мало-много избранных?

Нет сомнений, что к этому роману будет приковано всеобщее пристальное внимание. Гузель Яхина ворвалась в литературу с дебютным романом «Зулейха открывает глаза» в 2015 году и стала самым ярким открытием в литературе за последнее время. Второй роман — испытание.

Ему уже не простят огрехи первого, судить будут строго. Действие книги «Дети мои» разворачивается в Поволжье, в одной из отдаленных немецких колоний в первой половине XX столетия. Школьный учитель Якоб Бах после выпавших ему тяжелых испытаний отвернулся от мира и принял обет молчания. В степной глуши, на уединенном хуторе, он растит единственную дочь Анче и сочиняет волшебные сказки, которые чудесным образом воплощаются в реальность. Немой отшельник против воли становится демиургом, способным изменить окружающую действительность силой воображения. Сможет ли она написать свою судьбу? Спасти себя и своих близких от всеразрушающего наступления хаоса? Узнаем весной 2018.

Тобол. Мало избранных. Алексей Иванов — М. «Редакция Елены Шубиной», АСТ

Уже в конце января выйдет вторая книга «романа-пеплума» «Тобол». Истории отдельных людей сплетаются здесь в общую историю страны. Реформы царя Петра перепахали Сибирь, и все, кто «были званы» в эти вольные края, проверяют: «избранны» ли они Сибирью? Беглые раскольники воздвигают свой огненный Корабль — но вознесутся ли в небо души тех, кто проклял себя на земле? Российские полки идут за золотом в далекий азиатский город Яркенд — но одолеют ли они пространство степей и сопротивление джунгарских полчищ? Упрямый митрополит пробивается к священному идолу инородцев через сопротивление таежных демонов. Тобольский зодчий по тайным знакам старины выручает из неволи того, кого всем сердцем ненавидит. Всемогущий сибирский губернатор оказывается в лапах государя, которому надо решить, что важнее: своя гордыня или интерес державы.

Дождь в Париже. Роман Сенчин. — М. «Редакция Елены Шубиной», АСТ

Сенчин — не Пелевин, в год по роману не выдает; последний — «Зона затопления» — выходил в 2015-м.

Главный герой нового романа, сорокалетний Андрей Топкин, оказавшись в Париже, где рассчитывал вырваться из полосы неудач и личных потрясений, почти не выходит из номера отеля и предается рефлексии, прокручивает в памяти свою жизнь. В Париже тем временем действительно дождь — с утра до вечера. Топкин — сын советского офицера, которого в середине 70-х посылают на службу на границу с Монголией, в Туву. Там семья и оседает. Но в начале 90-х, из-за беспорядков на национальной почве, родители и сестра главного героя уезжают на историческую родину — восток Эстонии. Так же поступает и большинство одноклассников, знакомых, соседей... Андрей же остается.

В последние годы много говорят о русском мире, о его расширении. Но на самом деле русская культура, русский язык уходят не только из бывших республик СССР, но и из многих регионов России. Многие страницы романа посвящены взаимоотношениям Тувы и Российской империи, СССР и России.

Рябиновая роща. Дина Рубина. — М.: Эксмо

Новый роман любимой читателями Дины Рубиной — всегда событие. О новой книге пока известно не много. Издатели говорят, что, по замыслу автора, это будет начало большой саги: нечто вроде «Русской канарейки», увлекательной истории двух семейств — алма-атинского и одесского, прошедших все тернии XX века. Связующая фигура двух сюжетных линий — певчий кенарь Желтухин, представитель знаменитой птичьей династии. Трилогия вышла в 2015 году.

The only story. Джулиан Барнс. — М.: Азбука-Аттикус

Судя по аннотации, нежная и пронзительная история. О страстных отношениях девятнадцатилетнего Пола и Сьюзан, которой далеко за сорок. О том, как «первая любовь фиксирует жизнь навсегда».

Вот что пишет сам Барнс о своей книге: «Почти у каждого из нас есть одна единственная история, которую хочется рассказать. Это не значит, что в жизни больше ничего не происходит: бесчисленное множество событий, которые могут превратиться в бесконечный рассказ. Но лишь один будет что-то значить, лишь один стоит того, чтобы быть услышанным. И вот мой рассказ».

Жизнь людей, связанных с литературой, полна мистических опасностей

Жизнь без конца (Une vie sans fin). Фредерик Бегбедер. — М.: Азбука-Аттикус

Французский писатель Фредерик Бегбедер задумался о смерти и — «лета к суровой прозе клонят» — готов представить публике свой новый роман. «Жизнь — это гекатомба. 59 миллионов смертей в год. 1,9 умирающих ежесекундно. 158 857 человек уходят из жизни каждый день. Пока вы читали эти строки, в мире погибли двадцать человек или больше, если вы читаете медленно. Почему мы должны терпеть эту бойню под предлогом естественного процесса течения жизни? Прежде я редко думал о смерти. С возрастом подобные мысли завладевают мной все чаще».

Шапка Шпаковского. Андрей Волос. — М.: Эксмо

Это смешная и философская история о том, как главный герой, писатель Иннокентий Догавцев, хочет создавать наконец что-то «свое», а не халтурить на заказ, но множество внешних и внутренних препятствий мешают ему осуществить свои намерения. Деваться некуда — приходится замыслить ряд преступлений, отсидеть в тюрьме, а в финале все же не удержаться и кое-что спереть. Жизнь людей, связанных с литературой, полна мистических опасностей. При чем тут шапка? Друг Догавцева Шпаковский вынужден придумать себе особенный головной убор, призванный защищать его владельца от зловредного воздействия мыслей окружающих. Неожиданно выясняется, что у шапки есть еще одно необычное свойство... В общем, все не так просто в этом новом романе Волоса.

Письма соседке. Марсель Пруст; перевод с французского Алины Масалевой. — СПб.: Лимбус Пресс

Об этих письмах Марселя Пруста стало известно совсем недавно. Летом этого года сайт Literary Hub впервые опубликовал английский перевод двух писем французского писателя своей соседке. В книге — двадцать три письма, адресованных даме (и три — ее супругу). О соседке известно не очень-то много: проживала на четвертом этаже в доме 102 на бульваре Османн. Публикация этих писем дополнит портрет автора " величайшей французской книги ХХ века«, показав его в бытовой жизни — со всеми ее мимолетными радостями и неурядицами. Одно из этих писем в апреле этого года, к слову сказать, было выставлено на торги в Париже. Оно было адресовано сыну хозяина его квартиры, в котором писатель жалуется на соседей, громко занимающихся сексом. Пруста волновал отнюдь не шум: в письме он жалуется, что соседи занимаются любовью «с таким безумием, что я завидую».

Утопия для реалистов. Рутгер Брегман. — М.: Альпина Паблишер

У этой книги блистательное начало: «Давайте начнем с небольшого урока истории. Раньше все было хуже». А сейчас, как вы догадались, все вполне сносно. А раз так, то нам, жителям этой земли, нужно собраться наконец-то и двигаться в новую утопию, которую мы сами и создадим.

Рутгер Брегман написал четыре книги по истории, философии и экономике и даже получил кое-какие премии за них. Голландское издание «Утопии для реалистов» стало национальным бестселлером и по всему миру привлекло внимание к идее введения базового дохода. К каким выводам приведет эта книга российских читателей — узнаем в январе, когда она появится на полках книжных магазинов.

Смерть Сталина. Нури Робен. — М.: Эксмо

Скандальный политический графический роман, а проще говоря — комикс, о событиях 1953 года: гонка за власть после смерти Сталина. Интерес к книге подогревается скандалом вокруг вышедшего в сентябре 2017 года одноименного фильма Ианнуччи, который, возможно, выйдет в российский прокат 25 января.

Источник: rg.ru


09.01.2018

Система Orphus

Я думаю!